• dle 10.2
  • ,
  • наши фильмы
  • Реєстрація    Вхід
    Авторізація
    » » Вторжение в Крым: окружённые танками. Глава 16

    Вторгення в Крим: оточені танками. Розділ 16

    Категорія: Без комментариев, Без коментарів
    Вторжение в Крым: окружённые танками. Глава 16

    ВТОРЖЕНИЕ В КРЫМ: ОКРУЖЕННЫЕ ТАНКАМИ
    Татьяна Журидова (при участии Павла Чурюмова)
    Глава 16

    Вдвоем, они вышли на театральную площадь. Зоряна показала здание театра в стиле «модерн» и библиотеку имени Пушкина.

    - За библиотекой - литературное кафе имени Ахматовой, - рассказывала она. - В следующем доме, расположенном сразу за зданием кафе, в тысяча девятьсот пятом году жила Анна Горенко - будущая поэтесса Анна Ахматова. Здесь она с мамой, братьями и сестрами прожила год и встретила свое шестнадцатилетие. Она была в Крыму лишь однажды, больше потом не приезжала, любила Россию, в отличие от Леси Украинки, которая часто бывала в Крыму.

    - Библиотека имени Пушкина?! Кафе Анны Ахматовой?!
    Денис был потрясен:
    - Но Пушкин же наш, русский! И Ахматова тоже. А разве украинцы не запрещают в Крыму все русское?
    Она засмеялась заливисто, ярко.
    - Ты веришь во всю эту чушь?! О притеснении русских в Украине?
    Денис смутился.
    - Ну, так у нас говорят…
    Она посерьезнела, стала грустной.
    - Говорят… Мало ли, что говорят! Лгут.
    И чуть позже:
    - Хорошо, что вы с другом в Крым отдыхать приехали. Сам все увидишь и поймешь! И не будешь всякой лжи верить.
    - Я не отдыхать, я помогать приехал.
    - Помогать?! - она была тронута. - Спасибо, конечно, но мы уже и сами справились: Януковича сбросили.
    - Мы русским братьям приехали помогать. От фашистов.
    - А, ты опять! Все еще не понял? - она вздохнула с досадой. - Нет никаких «фашистов». Поживешь, сам во всем разберешься. Нам, русским, здесь, в Крыму, безопасно и спокойно.
    - Ну, может… ты не знаешь чего…
    - А чего это я могу не знать?! - удивилась она. - Я же здесь живу. Я - местная, крымчанка!
    И сказала это так уверенно, так гордо, что он невольно подумал: «А мог бы я так же гордо сказать о своем городе?» Вспомнил грязь, мусор, пьяных… нищих стариков, бомжей… детей-беспризорников… нет, не смог бы. Она любила свой Крым, это было видно. Он тоже любил свой подмосковный город, но гордиться им не стал бы, не смог. Нечем там гордиться. Никогда раньше не задумывался об этом, просто жил, как есть, как живется...


    - У нас есть улица Леси Украинки и улица Пушкина, - продолжала девушка, - памятник Шевченко и бюст Шакая. Садук Шакай был караимом, он первым начал высаживать деревья на песчаной прибрежной почве Евпатории и создал наши парки. Здесь все культуры Крыма уважают одинаково: крымскотатарскую, украинскую и русскую. Разве может быть какая-то одна культура лучше другой?
    «А, действительно», - подумал Денис.
    - У нас часто говорят, что все культуры равны, но при этом русскую всегда на первое место ставят, - задумчиво сказал он.
    - Разве это правильно?
    - Нет, конечно. Равны, значит, равны. По-честному. Так должно быть.


    Денис предложил зайти в кафе, и она согласилась.
    Посетителей в этот вечер было не очень много, часть столиков оставалась свободной. Они выбрали столик у окна. Светлые льняные скатерти, зеркала, портреты Анны Ахматовой на стенах и книги с ее стихами на отдельном столике,

    В кафе звучал рояль. Каждый из посетителей мог подойти к нему, сыграть, спеть. У рояля - женщина в возрасте, бывшая оперная певица, постоянно живущая в Евпатории, по просьбе своих друзей пела старинный русский романс.
    - Ух, ты! Русский романс! - Денис слушал, пораженный.
    Здесь, сейчас, в украинском Крыму, где даже многие силовики предпочитают говорить по-украински, спокойно и уверенно звучит русский романс, и это никого не удивляет, это совершенно органично.

    «Жалобно стонет ветер осенний,
    Листья кружатся поблекшие...
    ………………………………..
    Все, во что верилось мне...
    ……………………………….
    Были лишь грезы одне!

    Медленно кружатся листья осенние,
    Ветер в окошко стучит...»

    Как все плохо в жизни, и сама природа тоже только страдает, стонет и жалуется… Грустные звуки романса завораживали, вели куда-то, откуда не было выхода, только тоска и печаль о несбывшихся надеждах на что-то лучшее, чего нет и уже не будет в жизни. Денис слушал, и все то, о чем рассказывал романс, все чувства отражались на его лице: и тяжелое раздумье, и безысходность, и тоска, и печаль.

    Зоряна смотрела на Дениса. Ей нравился этот парень - сильный, открытый, искренний, с прямым смелым взглядом, готовый, как она чувствовала, к честным и мужественным поступкам, но эта безысходность на его лице, пришедшая из русского романса, безнадежность, пасующая перед трудностями, были ей чужды. Хотелось увидеть другое выражение: стремление к справедливости, уверенность в победе добра.
    Зоряна знала, что нравится ему, и ей хотелось нравится ему еще больше, еще сильнее. И вспомнив вдруг, как в знакомом еще со школьных лет романе Наташа Ростова пела и пением этим очаровала Пьера, она подумала: а почему бы и нет? Зоряна знала, что поет хорошо.

    - Хочешь, спою тебе украинскую песню?
    Она встала, подошла к роялю, сказала несколько слов аккомпаниатору оперной певицы. Воздух тронули звуки рояля. И голос Зоряны, звучащий сначала задумчиво, задушевно, воспоминанием из детства, звенел уже все ярче, набирая силу. Песня была о том, что мать вышила для своей дочери сорочку, отправляя ее в не простой путь - во взрослую жизнь:
    «Сорочку матi вишила менi
    Червоними i черними нитками..., - пела девушка.
    Два кольори моi, два кольори
    Оба на полотнi, в душi моiй оба,
    Два кольори моi, два кольори:
    Червоне — то любов, а чорне — то журба».

    Сильно и уверенно звучали слова песни: Зоряна вслед за героиней песни не сомневалась в том, что честно и правильно сложится ее жизнь. Она почти не смотрела на него, но чувствовала его, как чувствовала весь этот день, и знала, что он откликается на ее эмоции, и что сейчас лицо его начинает преображаться и светлеть.

    В украинской песне, к удивлению Дениса, не было непроходимой тоски, свойственной русским народным песням и романсам. В ней, несмотря на печаль, утверждалась сила любви, и это и удивило, и потрясло юношу. Денис слушал и, казалось ему, начинал постигать гармонию и этой украинской музыки, и этой земли.

    Под благодарные аплодисменты посетителей кафе Зоряна вернулась к столику.
    - «Червоный» - это…- вопросительно взглянул на нее Денис.
    - «Красный».
    - А «журба»? Что значит - «журба»?
    - «Печаль», - тихо ответила она.

    Конечно, в жизни всегда переплетены две главные силы - любовь и печаль, и Денис вспомнил черно-красные флаги, которые видел несколько раз в Киеве на Майдане. Так вот, значит, что означают для украинцев цвета этих флагов: любовь и печаль, любовь к родине и печаль от гибели павших за ее свободу, жизнь и смерть, а ни какой не экстремизм, как постоянно твердят по Москве российские СМИ.


    - Ты хорошо украинский знаешь! Не пойму, ты украинка или русская?
    - Папа - русский, мама - украинка, - легко отозвалась она. - У нас здесь, в Крыму, вообще не актуально выяснять национальность.
    Она задумалась, потом добавила:
    - И знаешь, в основном, все мы здесь - украинцы, у всех у нас - украинские паспорта. Мы же их добровольно получали, понимаешь?! Никто не заставлял - с автоматом за спиной! - она засмеялась этой своей шутке и явно нелепой, невозможной представляя подобную ситуацию. - Мы все - граждане Украины. А те, кто не принял душой Украину, давно уехали в Россию.

    Денис слушал внимательно.

    - А вообще-то, Крым без Украины, отрезанный от Украины - это просто сухая безводная и безлюдная степь. Остров, отрезанный от всего мира. Здесь нет пресной воды. Вернее, ее очень мало, и она залегает глубоко, надо качать электронасосами, а электроэнергия тоже идет с материковой Украины. Сейчас вода Днепра по Северо-Крымскому каналу питает Крым, - девушка смотрела на него своими ясными глазами. - Вода Украины. Так молоко матери питает новорожденного ребенка. Крым - это дитя Украины, и может жить и процветать только вместе с нею! И все мы, живущие здесь, это понимаем.


    - Девушка, спойте еще, пожалуйста! Просим, - местный парень с соседнего столика вежливо просил Зоряну.
    Она улыбнулась, кинула ему, подошла к роялю. И вот мощно, радостно и ярко зазвучало:
    «Гей, гей, весни свiтанок!
    Гей, гей, снегi вже тануть!
    Гей, гей, гей, гей, як моi роки,
    Течуть iз гiр стрiмкi потоки.

    Тече вода, тече бистра вода, - пела девушка, -
    Тече вода - и минають лiта.
    - Ой, не бiжи вода так швидко! -
    - шепоче iй блакитна квiтка, -
    Ой, не бiжи вода так швидко,
    гей, гей, гей, гей!
    Ой, зупинися хоч на хвилинку!
    Тече вода, не зна зупинку,
    Тече вода, не зна зупинку,
    Гей!»

    Уже с первых звуков песни люди в кафе оторвались от своих занятий, прервали разговоры. Все глаза были устремлены на поющую девушку. В ней, в ее лице, глазах, в самой ее высокой, сильной, статной фигуре словно бы воплотился образ Украины - нежной, страстной, порывистой, уверенно стремящейся к свободе. Какая-то глубинная, дошедшая к ней издревле, мощная жажда жизни, всепобеждающая уверенность в том, что любовь и жизнь превозмогут любые горести, любые печали.
    «Так вот она какая - Украина!» - думал парень из далекого Подмосковья, пораженный этим новым, открывшимся ему видением жизни, суть которого - в непреодолимом стремлении к свободе и в неуемной, несмотря ни на что, жажде жизни.


    Вечер длился и длился… Тепло, неторопливо, как все в этом необыкновенном городе.
    Так спокойно было Денису сейчас, так хорошо, и совсем не хотелось помнить о той, упавшей в Киеве девушке с красным крестом на куртке, и о парне, избитом на митинге. Это его не касалось.... Или все-таки касалось? Он приехал сюда по приказу. Приехал помогать русским. Тот парень был русским... Денис мог одним прыжком, несколькими ударами нейтрализовать радикалов, избивавших безоружного ногами и битами, он уже рванулся было, но.... майор Сергей Смирнов не позволил: "Сами разберутся! Это - не наша война!"И "титушки" добивали русского ногами, а Денис стоял совсем рядом, стоял и смотрел...
    «А та девушка в Киеве... была ли она русской? Этого он не знал. Но его с детства учили помогать женщинам, старикам и детям, защищать слабых. Говорили: «надо помогать», а когда до дела дошло... Что сказал бы отец, зная, что он не защитил ни девушку, ни безоружного парня от радикалов? Что сказала бы мама? А сестра?.. И что они о нем подумали бы сейчас?..»


    - Понравилось наше литературное кафе? А венский штрудель? Правда, вкусно?
    Зоряна улыбалась.
    - Очень.

    «Так, а что здесь в Крыму вообще русского-то? - думал Денис. - Крымскотатарские чебуреки, венский штрудель, Гезлевские ворота, караимские кенассы, и сама эта бескрайняя крымская степь… Несколько царских дворцов, построенных руками несчастных крепостных на костях таких же умирающих рабов, поражение русских войск и падение Севастополя… и чудовищная сталинская депортация крымских татар в сорок четвертом… А люди, говорящие по-русски почти все с украинскими прапорами, - думал Денис, не замечая того, что сам употребил это украинское слово, - да, вот еще Анна Ахматова...»
    Денис посмотрел на портрет поэтессы, ее трагическую фигуру, пронизанную скорбью…
    - А о чем писала Ахматова? Какие ее стихи тебе нравятся?
    - Больше всего - «Реквием».
    - Это о чем?
    Зоряна не удивилась, что он не знает. В путинской России власть не особенно популяризируют авторов, разоблачавших преступления сталинизма.
    - О большом терроре в СССР. О трагедии людей. О беззащитности невинных людей в руках НКВД. Как тогда было жутко! В Крыму коммунисты, захватывая власть, тоже устроили Красный террор, это были самые массовые убийства за все время Гражданской войны, сотки тысяч погибли. Хорошо, что все это уже в прошлом, - прибавила девушка.

    Денис помолчал, вспомнив Майдан и слова подполковника о помощи русским братьям.
    - Сейчас тоже неспокойно, - сказал только.
    - Да, нет! Все уже хорошо. Наладилось. Начало работать новое правительство в Киеве, и Крым его поддержал.
    - Так, думаешь, наша помощь больше не нужна? - спросил с сомнением.
    - Помощь? - удивилась она. - Конечно, не нужна!
    - Уверена? Хорошо, если так...



    - А какое еще кафе нравится тебе в твоем городе? - спросил Денис после недолгово молчания.
    - Кафе "Эклер". В нем тоже красиво, и очень вкусные эклеры. Таких эклеров нигде больше нет!
    - Значит, завтра встречаемся возле кафе "Эклер"? - сразу предложил он.
    - Хорошо, - улыбнулась она.
    - Договорились.


    Они шли по театральной площади.
    - Смотри, пантеон основателей города. Горельеф древнегреческого историка Геродота, - показывала Зоряна. - Впервые написал о Керкинитиде. Митридат шестой Евпатор - понтийский царь, прислал войска для освобождения Керкинитиды от скифов. Султан Мехмед Второй - приказал основать крепость Гезлев. Екатерина Вторая, по ее указу город получил нынешнее название. В центре пантеона - герб города и вечный огонь. Его доставили из Греции, из храма богини Гестии десантным кораблем ВМС Украины «Константин Ольшанский». Священный огонь в специальной лампаде везли через три моря: Эгейское, Мраморное и Черное. Вечный огонь богини домашнего очага Гестии у греков был символом жизни, благополучия. Сейчас он - символ благополучия Евпатории.


    Театральная площадь в Евпатории, всегда празднично украшенная для отдыхающих курортников. В черном небе над театром блестели, мерцали, отливая серебром, сосульки. Их было множество! Они колебались от чуть заметного там, в вышине, ветра, двигались, струились, переливались, и все небо от них вспыхивало серебром, завораживая. Никогда раньше не видел Денис такого.
    - Смотри! - показал он ей, пораженный.
    - Да, - ответила она, улыбаясь.

    Он смотрел на нее восхищенно, восторженно. Она растворялась в его взгляде. Их лица сблизились. Она закрыла глаза, подчиняясь движениям его рук и губ, отдаваясь их власти, и только крепче, в свою очередь, прижимала его к себе.
    Оба были счастливы. Было счастливо море. Весь город Евпатория был спокоен и счастлив. И во всей Украине все уже было хорошо.
    Шановний відвідувач, Ви зайшли на сайт як незареєстрований користувач. Ми рекомендуємо Вам зареєструватися або зайти на сайт під своїм іменем.
    Написать комментарий
    Ваше Имя:
    Ваш E-Mail:
    Напівжирний Нахилений текст Підкреслений текст Перекреслений текст | Вирівнювання по лівому краю По центру Вирівнювання по правому краю | Вставка смайликів Вставка лінкуВставка захищеного лінку Вибір кольору | Прихований текст Вставка цитати Перетворити вибраний текст з транслітерації в кирилицю Вставка спойлеру
    Введите код: