Tracy Walker Jersey  Вторжение в Крым: Анна с Верой на море. «Свобода закончилась!» » POLITICUM.INFO
  • dle 10.2
  • ,
  • наши фильмы
  • Реєстрація    Вхід
    Авторізація
    » » Вторжение в Крым: Анна с Верой на море. «Свобода закончилась!»

    Вторгнення до Криму: Ганна з Вірою на морі. «Свобода закінчилася!»

    Категорія: Без комментариев, Без коментарів
    Вторжение в Крым: Анна с Верой на море. «Свобода закончилась!»

    Татьяна Журидова
    ВТОРЖЕНИЕ В КРЫМ. 2014
    ЧАСТЬ 2. ГЛАВА 31. АННА С ВЕРОЙ НА МОРЕ. «СВОБОДА ЗАКОНЧИЛАСЬ!»
    Анна не выдержала, позвонила Вере. Знала, что подруга всегда занята, старалась не отвлекать по пустякам, но тут...
    - Вера! Что это такое?! Ты уже слышала? Военные, автоматчики, бронетехника на дорогах... Ты что-нибудь понимаешь?
    - Давай сходим на море! - сразу перебила Вера. - Погуляем! Так давно не были!
    Удивительно! Вера либо - с внучкой, либо сиротам помогает и вдруг - погуляем. Всегда телефона хватало, чтобы от дел не отвлекаться надолго.
    - Такая погода славная! Чудо! Море тихое. Пойдем! Чего дома сидеть?! - уговаривала Вера, и сам тон ее этот — новый, какой-то непривычный, грустный, настойчивый... и ни слова про всегдашнюю занятость.
    - Ну, давай, - нехотя промямлила Анна, не понимая.

    На трамвайной остановке в парке имени Терешковой уже ждала Вера. Анна сошла с трамвая, с наслаждением вдохнула воздух - морской, солоноватый, смешанный с запахом заиндевелых деревьев, холодной травы и застывших вокруг города степей. Спокойно, тихо — хорошо. Зимняя, совсем не туристическая, отдыхающая от шумных летних туристов, Евпатория.
    - Вот, и встретились в кои-то веки. А то все времени не было…- горько усмехнулась Вера.
    Лицо ее - ровно-грустное, почти совсем без эмоций. Она поглядела на подругу, вздохнула.
    - Танки, БТР-ы, - сказала Анна, - ты слышала?
    - Все уже слышали. Все знают, - ответила Вера тихо и, как бы невзначай, незаметно посмотрела по сторонам. - Пойдём к морю.

    Они шли вдоль моря у самой воды по широким ступеням набережной Терешковой. Море было таким спокойным, прозрачным и бирюзовым, что хотелось плакать от его красоты. Вера грустно смотрела на море и долго молчала.
    - Красиво как! - выдохнула она, словно не хотела больше ни о чем другом ни говорить, ни думать.
    - Россия вторглась в Украину? Так что ли?! Но это же невозможно! - не удержалась Анна.
    Вера перевела на неё взгляд.
    - Оказалось, возможно. Всех прослушивают - все телефоны, скайп. Записывают всё. Выявляют несогласных с кремлевским режимом, со вторжением. Сказали, что потом будут лишать работы и сажать.

    - Как в СССР, что ли, было?! - ахнула Анна.
    - Да, - Вера вздохнула. - Свобода закончилась,
    - А брат уверен, что военные поверили байкам про "фашистов" и приехали помогать. Скоро поймут, что их обманули, и вернутся назад в Россию.
    - Хорошо бы, если так. Хорошо бы....
    Она грустно улыбнулась.
    - Твой брат - оптимист. Казалось бы, в его-то положении! Но вот ведь именно в его положении и труднее всего. И значит, только оптимизм и спасает.

    - А я не верю, что вернутся. Что-то тут не то… И так быстро вдруг заполнили весь полуостров военной техникой, - размышляла Анна вслух. - Прямо нашествие какое-то.
    - Их со второго февраля в Крым перебрасывают, и технику, и военных. По морю, - отозвалась Вера. - В основном, контрактники, но есть и срочники. Первые у нас в санатории еще второго февраля появились. А восемнадцатого, девятнадцатого и двадцатого путинские снайперы на Майдане бойню устроили, стреляя и в «Беркут», и в протестующих, чтобы отвлечь внимание от вторжения своих войск в Крым, я так думаю. И удалось, отвлекли. А еще, чтобы формальная причина была: там, дескать, у вас, в Киеве, людей убивают, и мы тут, поэтому, «крымчан защищаем».
    - Со второго февраля?! - повторила Анна. - И не знал никто?
    - Очень тихо старались, тайком. С двадцать первого — двадцать второго февраля у нас по дорогам уже передвигалось более тридцати единиц бронетехники, а двадцать пятого начались первые попытки блокирования украинских военных кораблей, «Славутича» и других. Не слышала?
    - Нет.
    - И Чонгар «казаки» и крымский «Беркут» только потому захватили, что на всём полуострове к этому времени уже во всю хозяйничали российские военные.
    - То есть, спокойно покинули места постоянной дислокации в Севастополе, и заняли весь Крым?! По договору обещали не покидать… Значит, приказ из Москвы получили?!
    - Видно, не смогли в Москве смириться с тем, что Украина независимой стала, - сказала Вера. - Без Украины Россия — это уже не империя, а просто страна, хоть и большая по площади. А они, в Кремле этом, будь он неладен, все еще хотят, как я понимаю, империю восстановить. И без Украины им никак. Захват Крыма — начало захвата Украины.
    - Но ведь это - глупо. Не эффективно же — империя в двадцать первом веке, - удивилась Анна. - Такой огромной территорией, как империя, в наше время невозможно эффективно управлять из одного центра! То время, когда империи были актуальны, давно прошло! Потому их сейчас и нет. Сейчас - наоборот, страны с небольшой территорией гораздо быстрее развиваются, и люди там живут лучше.
    - Им, как я понимаю, совсем не развитие страны нужно, - вздохнула Вера. - Да, и жизнь людей в своей стране им глубоко безразлична.
    -Так для чего они все это затеяли?
    - Для чего? - Вера задумалась. - Бандиты ведь они, получается… Мышление у них чисто бандитское: захватить, «отжать», как сейчас говорят, присвоить, использовать для себя, идти дальше — опять захватить, «отжать»…
    - Да, - согласилась Анна.
    Слова Веры подтвердили её собственные мысли:
    - Столько слов из бандитской лексики влилось за последние годы в русский язык! «Отжать», «по беспределу», «лох», «разборка», «мент», «крыша», «стрелка», «наезд», «свалить». Мы их используем, не замечая, а ведь раньше просто не знали таких слов.
    - После распада СССР провластные коммунисты, чтобы удержать власть, срослись воедино с бандитами по всей стране. От них и пришла к нам эта бандитская лексика! А Крым они уже дважды пытались захватить после распада СССР, - рассказывала Вера. - В девяносто четвертом и в две тысячи третьем. Не вышло!
    - Правда?! Впервые слышу! Наши СМИ об этом не сообщали. Или что-то невнятное, мельком.
    - Скрывали, как всегда. В девяносто четвертом у Кремля не получилось, при Юрии Мешкове. Мешков успел перевести полуостров на московское время, готовился войти в рублевую зону. В крымском правительстве появилось много людей с российскими паспортами, но его тогда быстро остановили. Верховная Рада Украины отменила конституцию Крыма, а Мешкова депортировали в Россию.
    - Ух, ты!
    - А как захватывали Тузлу, тоже не слышала?
    - Нет. А Тузла — это что?
    - Остров, небольшой, в Керченском проливе - между Керченским и Таманским полуостровом, ближе к России. В две тысячи третьем россияне внезапно начали стороить дамбу от Тамани Краснодарского края в направлении нашего острова Тузла. Хотели остров к России присоединить. Строили круглосуточно, в три смены, сооружали по сто пятьдесят метров дамбы в сутки! Когда достигли украинского пограничного понтона и оставалось всего сто метров до острова, Киев заявил, что в случае дальнейшего продвижения будет открыт огонь на поражение.
    - Ничего себе! И что дальше?!

    - И Киев, и Москва стягивали туда войска. Чуть война не началась между Украиной и Россией! Страшно было. Президентом Кучма был, он тогда в Латинской Америке находился. Сразу вернулся и демонстративно контролировал сооружение украинского пограничного поста на Тузле. Осмотрел в бинокль, как строят российскую дамбу, говорил с Путиным. После этого строительство прекратилось.
    - Удалось решить мирным путем?! - у Анны зажглась надежда, что и в этот раз также получится.
    - Да. Но они, оказывается, затаились, готовились, выжидали… И вот - вторглись. Вряд ли теперь быстро уйдут. Не думаю...
    - Вот, и я не верю, что одумаются, что сами уйдут, как меня брат уверяет, - кивнула Анна. - Что-то очень сильное пропагандисты придумали, раз так людей заморочили, раз они на танках здесь оказались. Но что?! Это же - бандитский беспредел! А они же – не бандиты какие-нибудь, понимаешь?! Военные бандитов раньше всегда презирали! - сказала она с гордостью. - Военнослужащие! Они для защиты родины жизнь отдать не пожалеют! Они - не бандиты, не мародёры, не насильники! Ты понимаешь?! А сейчас ведут себя, как банда, а не армия! - говорила она в отчаянии.
    - Ну… они же по приказу действуют…
    - Вот именно, что по приказу! А приказ, получается, любой выполняют, как… - она пыталась подобрать более точное слово. - Будто автоматы какие-то, не думая… будто бы киношные зомби… запрограммированные! Словно они — и не люди вовсе. А они, между прочим, люди! - произнесла она гневно, с нажимом на слово «люди». - А люди думать должны! Прежде, чем что-то сделать.

    Анна кипела. Воспитанная в Латвии и обычно всегда сдержанная, как латышка, Анна, если что-то её серьезно задевало, мгновенно вскипала и могла обрушить на собеседника целый поток гневных, эмоциональных слов. Потом, успокоившись, сожалела, что второпях могла обидеть собеседника.

    - Армия… приказ… - повторила Вера задумчиво, не обращая внимание на вспыльчивость подруги. - Приказы выполняют, не раздумывая, как я понимаю. А иначе, какой же это приказ, если над ним будут раздумывать прежде, чем его выполнить?
    - А если им прикажут мать родную, детей собственных застрелить?! - горячилась Анна. - Они что, тоже выполнят?! Не раздумывая?!

    Помолчали. Солнце медленно опускалось, почти касаясь воды. Море мерно двигало волнами, то накатывая их на берег, то унося прочь.

    - Во многих цивилизованных странах в армии есть закон о том, что, если приказ противоречит совести военнослужащего, то его можно не выполнять, - задумчиво произнесла Вера.
    - Вот! И это правильно. Опять они вперед нас ушли! Обидно. Не могли наши власти такой же закон принять?!
    - Эфэсбэшники?! - удивилась Вера. - В России власть захватили ФСБ.
    - Ну, да, верно... - Анна кивнула. - У спецслужб всегда приказ на первом месте, подчинение начальникам. Ради приказа они ни друга, ни родственника не пожалеют.
    - При Сталине они даже собственных жен и детей предавали, - напомнила Вера. - По приказу Сталина писали на них доносы. Примеров много. А потом, после его смерти, сами же реабилитировали невиновных, осужденных по преступному приказу. Сами же своей рукой писали: «Реабилитирован за отсутствием состава преступления».
    - Вот. Пример уже был, - сказала Анна. - Так что сейчас, сегодня, эти военные не должны были бы преступные приказы выполнять! А должны бы, наоборот, требовать от правительства, ввести закон о возможности не выполнять приказ, если он противоречит совести. Как в развитых странах! Тогда и беззакония никакого не было бы. Это все генштаб России, это он виноват, я считаю, что не потребовал ввести такой закон!
    - Там, очевидно, бывшие засели: коммунисты-сталинисты. А Кремль их продвигает и поощряет, звездочки им присваивает, награждает: ордена - медали за выполнение своих приказов. Звания генералов присваивает. Им это нравится.
    - А в результате армия, подчиняясь их преступным приказам, бандой становится, - согласилась Анна. - И знаешь, что самое страшное? Если бы я сама здесь не была сейчас, никогда бы не поверила! Если бы не увидела своими глазами! Ни за что бы не поверила ни словам, ни фотографиям — ничему! Если бы жила сейчас в Латвии, никто не смог бы меня убедить. Никто! Что российская армия может такое творить! Что российские СМИ могут ТАК откровенно лгать!...
    Солнце уже почти совсем зашло за море, становилось темно и холодно. Пора было возвращаться домой — к родным, друзьям, близким людям.

    - Нельзя представителей спецслужб до власти допускать, - размышляла Вера. - У них в мозгу — одни только поиски врагов, ничего больше нет. А как стране нормальной спокойной жизнью жить, они просто не понимают. Ведь сами так никогда не живут в силу своей профессии. Всех подозревают, и сами постоянно лгут. В российских СМИ в каждом слове - ложь, а россияне, и другие русскоязычные, им верят. Но все равно им Крым не удержать, как бы ни старались, как бы ни лгали. Раньше не смогли, и сейчас не смогут.
    - И все-таки, сами по себе они не остановятся, я думаю, - ответила Анна. - И человечеству придется еще многое сделать, чтобы эту орду кремлевскую остановить.

    А море катило и катило волны так спокойно и неторопливо, словно и не случилось ничего. Словно ничего не случилось... И невозможно было поверить, что эти страшные слова Веры, только что спокойно произнесенные, что они вместе с сообщением о захвате правительственных зданий Крыма, с российскими флагами и с фотографиями летящих на Крым из России бомбардировщиков, навсегда разделили жизнь всех крымчан на «до» и «после»: «Свобода закончилась».
    (продолжение)
    Шановний відвідувач, Ви зайшли на сайт як незареєстрований користувач. Ми рекомендуємо Вам зареєструватися або зайти на сайт під своїм іменем.
    Написать комментарий
    Ваше Имя:
    Ваш E-Mail:
    Напівжирний Нахилений текст Підкреслений текст Перекреслений текст | Вирівнювання по лівому краю По центру Вирівнювання по правому краю | Вставка смайликів Вставка лінкуВставка захищеного лінку Вибір кольору | Прихований текст Вставка цитати Перетворити вибраний текст з транслітерації в кирилицю Вставка спойлеру
    Введите код: