• dle 10.2
  • ,
  • наши фильмы
  • Реєстрація    Вхід
    Авторізація
    » » Татьяна Журидова. ВТОРЖЕНИЕ В КРЫМ: ОКРУЖЕННЫЕ ТАНКАМИ

    Тетяна Журидова. ВТОРГНЕННЯ В КРИМ: ОТОЧЕНІ ТАНКАМИ

    Категорія: Без комментариев, Без коментарів
    Татьяна Журидова. ВТОРЖЕНИЕ В КРЫМ: ОКРУЖЕННЫЕ ТАНКАМИ

    Татьяна Журидова
    ВТОРЖЕНИЕ В КРЫМ: ОКРУЖЕННЫЕ ТАНКАМИ (Главы 1-4)

    «...я так ясно увидела неизбежную связь:
    снова ложь, из-под которой снова хлынет кровь».
    Лидия Чуковская
    «Спуск под воду».

    1

    В тихой солнечной Евпатории жизнь текла мерно и неторопливо: спокойное море, доброжелательные неспешные люди. Февраль стоял тёплый, безветренный. Море медленно катило свои волны на пологий песчаный берег, нежно омывая и лаская его в полудреме. Море отдыхало, набираясь сил, чтобы потом, летом, принять в свои объятья, баюкать и лелеять малышей, возвращать силы взрослым, беречь стариков и инвалидов, старательно напитывая всех своей живительной силой, одаривая здоровьем и счастьем.

    "А в чем же ещё счастье? - часто думало море. - Конечно, в здоровье и в самой жизни - в жизни, которая всегда, несмотря ни на что, побеждает смерть".
    И в этом море видело смысл своей собственной жизни: беречь любую и каждую жизнь, презирая смерть. Море уважало тех, кто даёт и сохраняет жизнь, и смертельно ненавидело всех, кто несёт смерть живущим.

    Февраль. До курортного сезона ещё далеко, торопиться некуда. Море отдыхало и расслаблялось, и также спокойны и неторопливы были люди, живущие на берегу: украинцы и русские, татары и греки, белорусы, армяне, караимы, крымчаки, евреи - разные люди жили здесь, в Евпатории, и все - мирные и дружелюбные, как само море.

    Там, далеко, в Киеве, стоял и гремел Майдан, здесь молились за восставших, уверенные в скорой их победе и благостном присоединении Украины к Евросоюзу.
    - Уже скоро будем жить, как в Европе, по закону! - мечтали люди.
    - Там воров в тюрьму сажают, а здесь аксеновцы всех рэкетом обложили! - говорили многие. - Бандиты правят бал! Ну, ничего, Янукович евроассоциацию подпишет, и всех воров посадят!
    - Сразу санатории отремонтируют! Отдыхающих ещё больше будет! Крым наш - курорт! Не хуже Турции или Италии станем!

    - Точно! От Янука одни только поборы! Деньги с Украины тянет и в Москву отправляет - а на развитие Крыма ничего не остаётся! - возмущались все.

    - Думаете, подпишет?! - сомневался кто-то.
    - А куда он денется?!
    - И как это он не подпишет?! Ведь обещал! Его за одно это президентом-то и выбрали! Первым пунктом в предвыборной программе была евроассоциация!

    - Верно! Если бы не было, его никогда не выбрали бы! Я бы за него не голосовала! И никто бы не голосовал!
    - Да! Конечно! Невозможно уже так жить, под бандитами-ворами! Сколько можно терпеть!
    - Подпишет! Конечно, подпишет! Обещал же! Перед всем миром, перед всей Украиной обещал!

    - А не пiдпише - пiд зад колiном його! Що? Хiба у Украiни iнших хлопцiв немае? Iншого оберемо! (укр.) - предлагал рослый мужчина.

    - Как жрать за счёт народа да обещать - то вiн горазд! А как свои обещания выполнять - в кусты?! - угрожающе ревел другой. - Не выйдет! Нас за дурнiв держать?! Вечно за нос водить?! Не вийде! (укр.)

    - Не шумите! Заспокойтеся вже, будь ласка! - успокаивали женщины разошедшихся мужчин. - Все подпишет! Или переизберем, если свои обещания выполнять откажется! Переизберем спокiино, да и все! Чего горячиться-то?!

    Большая часть людей говорила по-русски, кто-то - по-украински или по-крымско-татарски, кому как удобнее, но все давно уже прекрасно понимали друг друга, часто заимствуя и используя слова из языка соседей.

    - Конечно, должен подписать! Правильно, что стоит Майдан! Не уступает! Молодцы!
    - А я так и не сомневаюсь. Не может президент страны отказаться от своих собственных слов - не по-человечески это было бы! Не по-мужски!

    Были, конечно, и сомневающиеся.
    - Думаете, хорошо в Европе?! Да они же нас как рабов использовать будут! - волновался кто-то.
    - Ладно тебе, страшилками пугать! Литва присоединилась, и никаких рабов там нет! - отвечали ему. - А в Польше как живут!
    - Поезжай лучше в Европу, сам посмотри: рэкета, гоблинцев там нет, дороги ровные, а больницы какие! А старики какие ухоженные! Разве у нас такие?!
    - И студентам у них льготы на проезд везде! Даже в самолетах! А студенты - это же будущее страны!

    - Может, ты хочешь жить не как в Европе, а как в Краснодарском крае?! - смеялся кто-то. - В самом деле?!
    И все улыбались этой шутке, ведь бывали там и не раз: вот он, Краснодарский край, прямо за Керченской переправой, и все прекрасно знали, что Краснодар держит первое место в России по алкоголизму из-за безработицы, нищенских зарплат и коррупции.

    - Обязательно должен был встать Майдан! - говорил компетентный мужчина. - Янукович людям работать не дал! С прошлого января ввёл такие налоги на малый и средний бизнес, что все частные предприятия закрылись. Весь малый бизнес уничтожил! А это — хлопцы молодые! Энергичные, умные, волевые! Им зарабатывать, детей кормить, а он вынудил их своё дело закрыть. Год промучились случайными заработками, сбережения проели - вот и вышли осенью на Майдан за евроассоциацию! Чтобы и законы для бизнеса, и налоги - все, как в Европе! - говорил мужчина, и нечего было ему возразить.
    Всех удивляла глупая и преступная политика Януковича и его неумение понять собственный народ.

    В Евпатории собирали по городу старые покрышки и везли на Майдан, передавали туда продукты для восставших, а молодежь, отпросившись с работы, отправлялась в Киев стоять за правду там, на месте. Все помогали, кто чем может, и, в душе сочувствуя Майдану, продолжали работать, воспитывать детей - жить своей обычной повседневной жизнью. "Русское единство" пыталось набирать антимайдановцев для отправки в Киев, в Марьинский парк, для противостояния Майдану, обещали по 100 - 200 гривен в сутки и бесплатную кормёжку, но желающих почти не было.

    Анне теперь часто звонила Лариса Петровна, с которой она как-то случайно познакомилась на набережной. Бывшая киевлянка, Лариса Петровна рассказывала о событиях на Майдане, узнав новости по телефону из первых рук от знакомых из Киева, восхищалась, гордилась: стойко переносят восставшие лютые морозы, а учителя из школы, в которой она раньше работала, возят каждый день по очереди горячий борщ на Майдан, подменяя друг друга на уроках.
    Об этом же рассказывали и украинские СМИ, а вот по российским каналам о протестующих почему-то всегда говорили резко негативно и называли их не иначе, как радикалами. Такая некомпетентность изумляла Анну: "Если не разобрались, зачем по телевизору глупости говорить?! Люди же в России слушают и могут поверить!" - возмущалась она.
    Вместе со своим братом-инвалидом Анна, как и большинство жителей Крыма, тяжело переживала жестокое избиение силовиками безоружных студентов в ту послевильнюсскую ночь в ноябре в Киеве, с которой , собственно, и начался Майдан, гибель Нигояна - первого погибшего на Майдане от пуль силовиков, смерть белоруса Жизневского, приехавшего в Киев из Беларуси поддержать европатриотов, похищение Вербицкого и Луценко. Вся Украина тогда ждала сообщений о похищенных неизвестными прямо из киевской больницы. И когда тело львовского учёного-геофизика Вербицкого было найдено в лесу со следами ужасных пыток, стало понятно, что противники Майдана - просто какие-то садисты.
    Переживала и Лариса Петровна. Она звонила и очень эмоционально восклицала:
    - Что творят враги народа в моей Украине?! Прямо сердце разрывается! Такие хлопцы гибнут! Сергей Нигоян - двадцать лет, совсем молодой! А как он стихи Шевченко на Майдане читал, вы слышали, Анечка?
    - Да, конечно, слышала! Вся Украина слышала! Потрясающие стихи!
    - "Борiтеся i поборете, вам бог помогае!" (укр.) - цитировала Лариса Петровна по-украински. - "За вас правда, за вас слава i воля святая!"
    - А как "Беркут" над Гаврилюком издевался! На морозе до гола раздели из-за его казацкого чуба! Избили безоружного! "Доблестная" милиция, называется! «Защитники» народа! Президент - вор, и милиция - садисты! - негодовала Анна.
    - Вы правы, Аннечка! Вы совершенно правы!

    По украинскому телевидению выступил известный и любимый в Украине композитор Слава Вакарчук, рассказал о Майдане, что стоят там обычные люди разных возрастов: есть женщины в дорогих шубах, студенты, рабочие, пожилые крестьяне, приехавшие из сел - какие же это радикалы?!

    Но по Москве по-прежнему продолжали всячески ругать протестующих и призывали Януковича к силовым действиям против украинского народа. Чего только ни говорили?! Позорили его, унижали, как могли: и тряпкой называли, и что позволяет вытирать о себя ноги, и что он - не мужчина! Открыто, не стесняясь призывали танками давить мирных людей.
    - Кто допустил их к эфиру? - не понимала Анна. - Призывы к кровавым расправам! Разжигание ненависти и вражды! Это же уголовное преступление! Разве они не понимают, что позорят Россию этими своими призывами?! Что выступают в роли обычных провокаторов?! И вообще, какое дело Кремлю до событий в Украине?! Россия граничит с восемнадцатью странами! Так что же теперь, в жизнь каждой из этих стран Кремль будет вторгаться? Просто потому, что сосед?! Вон, другие же страны не вмешиваются, не лезут со своими советами! Ни Польша, ни Литва, ни Беларусь - никто не подстрекает к военным действиям против митингующих, никто, кроме России! Какой позор этим экстремистам из российских центральных СМИ!
    - Поговорят и перестанут! Что ты их слушаешь?! Дураков на свете много, - успокаивал брат.

    И все-таки Янукович не выдержал, поддался призывам Кремля и отдал силовикам приказ разогнать Майдан. Спецназ милиции - "беркутовцы" напали на протестующих, стали избивать их милицейскими дубинками, бросать в людей свето-шумовые гранаты почти в упор, обливать их водой из водометов.
    - Что же это они творят?! - Анна была потрясена. - Зима ведь, сильный мороз! Двадцать градусов в Киеве! А они - водой на людей! В ледяные глыбы их превратить?! Как Карбышева?! Ведь это фашисты только так делали?! Янукович такое приказал?! Так он — фашист, получается?! Вместо того, чтобы просто выйти к людям и поговорить! Да, какой же он президент после этого?!

    Майдановцы в ответ начали бросать в "беркутовцев" камни, булыжники - оружие пролетариата, «салюты» и "коктейли Молотова". Что еще могли противопоставить вооруженным спецназовцам простые люди с палками и самодельными деревянными щитами в руках? Силовики продолжали их атаковать, стреляя из травматики. Киевскому "Беркуту" помогал крымский "Беркут", который организованно отправляли из Симферополя и Севастополя на автобусах вместе с "титушками"- радикалами из "Русского Единства". Аксеновские радикалы сами несколько раз пытались устраивать в Киеве антимайдан, но ничего не выходило, и они быстро отступали под напором превосходящего числа европатриотов.

    А потом расстреляли Майдан. Расстреляли подло - безоружных! И люди изумлялись, возмущались: за что? ведь мирные протесты! мирные!
    "Совсем идиот - Янукович! - думала Анна. - Людей ни за что расстреливать! Ну, подписал бы эту евроассоциацию в конце концов, раз все люди так его просят! Или ушёл бы в отставку! Неужели без президентства не проживет? Другие - живут! Но людей вот так просто убивать?! Ни за что! А ты их рожал? Ты их растил? Своего сына отправляй на смерть - только своего! Да и то.... и его жизнью ты не можешь распоряжаться, даже жизнью собственного ребенка! А тут - чужие жизни, студенты, женщины, дети... Мирный протест!" Это не укладывалось в голове!

    На следующий день расстрелы и избиения протестующих продолжались, но люди продолжали стоять. "Их не одолеть силой! - думала Анна. - Людей не сломить, если они вышли на протест. Долго терпели, молчали. Но раз вышли - их уже не сломить! Теперь они добьются своего... ценою жертв... многих жертв, может быть, но добьются. Не остановятся.
    Народ всегда действует, как единый организм. Если он выступил против власти, значит, власть его предала. И значит, он сбросит эту власть, хочет она этого или нет. Сбросит и выберет новую, и ее сбросит, если она не справится, и опять выберет. Народ - это не отдельные особи, это всегда - единое целое. Власть может думать, что она сильна оружием, но это - ее иллюзия. Оружие держат руки народа, силовики - это тоже народ. Народ всегда цельный и монолитный. Он способен долго терпеть и даже оправдывать свою власть, ведь любой народ миролюбив! Но если власть заставила людей ненавидеть себя, если умудрилась довести свой народ до протестов - ей конец! Самые изворотливые побегут первыми. Но есть ли место на земле, где они могли бы спрятаться? И спасёт ли их побег, если они посмели расстреливать невиновных?!"

    Количество убитых на Майдане уже приближалось к ста, более пятисот - ранены, среди силовиков убитых - шестнадцать человек. Естественно, они же вооружены и атакуют безоружных! Многие активисты были похищены, некоторых потом находили убитыми со следами пыток. Выжившие сообщали, что их мучили неизвестные люди в масках, говорившие по-русски мягко, без акцента, и что у всех спрашивали одно и то же: кто финансирует Майдан?
    "То есть, получается, - думала Анна, - что какие-то злые силы категорически против ассоциации Украины с ЕС, и они пытаются найти руководителей протестов на Майдане, чтобы воздействовать на них. Но руководителей-то нет! Народ вышел сам, безо всякого руководства, стихийно, просто потому, что не может больше терпеть беззаконие!"

    2

    Их привезли в микроавтобусе в Киев, в самый центр. Денису, Артему и ещё двоим велели быстро переодеться, выдали форму и спецсредства, остальных куда-то увели. Это была форма украинского "Беркута". Предупредили: без крайней необходимости в разговоры с местными не вступать - акцент выдаёт, нельзя, чтобы кто-то узнал, что из России.
    - Мы так сильно отличаемся от местных? - удивился Денис. - Мы ведь такие же русские!
    - Нет, сильно отличаетесь.

    Потом стояли вместе с "Беркутом", стояли и стояли почти на одном месте. Сдерживали митингующих, не допускали их к администрации президента. Силовики с минуты на минуту ждали приказа наступать. Приказа все не было.
    3

    На подступах к Киеву на всех дорогах - посты милиции с секретным приказом Януковича: не пропускать в столицу мужчин, едущих группами на поддержку Майдану со всех концов Украины с шинами и с самодельными средствами защиты.

    В это время на одном участке Майдана под действиями силовиков, много дней пытающихся выдавить протестующих, оттеснить их, силы протестующих иссякали. Эта группа уже значительно поредела: выбывали, раненые гранатами и дубинками силовиков, отравленные слезоточивым газом, но оставшиеся продолжали отчаянно сопротивляться, а подкрепления не было. И тут вдруг, в самом конце улицы началось какое-то движение.
    - Окружают! Оточують! (укр.) - шелестом пронеслось среди митингующих.
    Застыли. Спереди - "беркуты"плотной стеной, сзади быстро приближались сильные крепкие мужчины - и как много! Антимайдановцы? Провокаторы?
    У протестующих похолодело внутри. Страха не было, только отчаяние - неужели, протест не удался? И это - конец протеста?! Но все равно, решили стоять до конца.
    И тут, когда расстояние уже значительно сократилось, бежавший первым высокий крепкий пожилой мужчина вдруг упал на колени:
    - Хлопцi Пробачте нас! - на чистом украинском языке закричал он. - Ми зi Львова! Пробачте, що так довго iхали! Всюди кордони ментовськi! Зупиняють! Ось i припiзнилися! (укр.)
    - Вставай, батько! Дай тобi, боже! - кинулся к мужчине совсем юный парнишка-майдановец. - Це ж допомога! Хлопцi!! Реальна допомога! Зараз ми точно переможемо! (укр.)
    Это добралась, наконец, в Киев, через все препоны януковичевской милиции большая группа европатриотов из Львова и львовской области. Их останавливали ДАИ на всех блокпостах по дороге в Киев, задерживали под надуманными предлогами. На окраине Киева они бросили свои автобусы и дальше добирались пешком и на попутках. Многие киевляне в те дни
    по личной инициативе на своих автомобилях бесплатно подвозили в центр Киева жителей Украины, которые самостоятельно и неорганизованно прибывали из разных городов и сел страны для поддержки Майдана.

    4
    "Беркутовцы" удерживали позицию долго. Плечом к плечу, в полной амуниции, в современных кевларовых бронежилетах и шлемах, надёжно защищенные алюминиевыми щитами. А на той стороне, Денис хорошо видел это, какие-то студенты неорганизованные, без оружия, с самодельными деревянными щитами в руках, и даже девчонки среди них.
    Денис вглядывался в ряды протестующих, пытаясь отыскать тех радикалов, фашистов, с которыми, как говорил им по дороге подполковник Николай, им предстоит сражаться и "не посрамить русское оружие", но радикалов не было, только молодежь обычная, в мотоциклетных или строительных касках и, надо же, вышли против вооруженного спецназа! Но держались все они стойко, лица серьёзные, суровые. Если милиция начинала их теснить, дубинками работать, бросать светошумовые или слезоточивые гранаты, протестующие сразу отвечали булыжниками и "коктейлями Молотова", в основном же стояли практически на одном месте. Требовали, чтобы Янукович вышел говорить с народом и подписал закон о евроассоциации, чтобы отдали под суд тех, кто в ноябре расстрелял студентов. Денис видел на той стороне желто-синие флаги, синие флаги с золотыми звёздами и плакаты: "Украiна - це Европа!"
    - Че за флаг? - мотнул он головой на желто-синий флаг, обращаясь к ближайшему "беркутовцу". - Радикалов?
    Синий с золотыми звёздами - это флаг ЕС, его Денис узнал, флаг ЕС по телевизору показывали.
    - Це ж - прапор Украiны, жовто-блакитний. (укр.)
    Силовик быстро окинул взглядом точно такую же, как у него самого, форму Дениса и Артема и подозрительно спросил:
    - А ви звiдки, хлопцi? (укр.)
    И увидев, что они не поняли вопроса, повторил по-русски:
    - Откуда приехали?
    - Где были, там нас нет! - усмехнулся Артем и весело подмигнул силовику. - Поможем братскому народу победить фашистов! Вместе мы - сила!
    Силовик окаменел лицом и отвернулся.
    - Блин. Они что, тут все по-украински говорят, даже менты? - удивился Денис.
    - Так здесь же - Украина, - пожал плечами Артем.

    Вдруг неожиданно силовикам пришёл приказ отступить. Зачем? Хорошая позиция, можно было бы ещё долго успешно удерживать. Пришлось подчиниться приказу. Отступили. На освободившееся, такое выигрышное место, естественно, сразу бросились студенты, и почти тут же загремели выстрелы. "Это уже не травматика," - понял Денис.
    Студенты начали падать - с удивленными, не понимающими лицами: за что? мы же ничего плохого не сделали? просто стояли!

    Не успел Денис удивиться, как вдруг рядом с ним упал от пули "беркутовец", за ним - ещё один. У второго пуля пробила бронежилет, прошла на вылет. "Это какое же оружие у снайпера должно быть?! - пронеслось в голове. - Чтобы бронежилет насквозь пробить! Сука, отстреливает, как в тире!"
    Раненых стали оттаскивать в сторону. Третий раненый упал прямо на Дениса, захрипел и затих ещё до того, как Денис успел вытащить его из зоны обстрела снайпера. "Вот урод! Ублюдок! - подумал о снайпере и, охватив взглядом атакованные снайпером позиции, понял, откуда стреляют.

    Почти сразу за атакой снайпера и "Беркут" открыл огонь по протестующим: получили, наконец, приказ. Люди на той стороне стали падать уже просто все подряд, закрывались фанерными щитами, наивные. Денис, оттаскивая раненого "беркутовца" видел, как падают в протестных рядах: вот упал пожилой мужчина, и бегущий парень вернулся, нелепо закрываясь своим деревянным щитом, пытался подхватить пожилого, кричал: "Не стреляйте! Здесь раненый!' и тут же сам упал рядом. Вот упала на землю девушка с красным крестом на рукаве. "А её зачем?" - успел подумать Денис, но сам с раненым "беркутовцем" уже оказался в стороне, и ничего больше теперь не мог видеть, только недоумение осталось в душе от всего произошедшего - огромное, давящее недоумение и ненависть к стреляющим снайперам.

    Бой затих, как по команде - видно, дали "отбой", и силовики остановились, начали перестраиваться, а на той стороне, сначала осторожно, потом смелее побежали люди к упавшим, поднимать, уносить, пытаться помочь тем, кто ещё жив...

    - Ну, в бою побывали! Теперь я за вас спокоен, - весело произнес подполковник Николай, неожиданно появившись у них за спиной.
    Денис посмотрел серьезно-внимательно ему в лицо и задумался надолго.

    Вскоре Денису, Артему и ещё нескольким приказали переодеться в гражданку, сдать форму и снаряжение и садиться в автобус.
    - Поедете в Крым! - объяснил задачу подполковник. - Здесь теперь и без вас справятся, а там вы очень нужны - русским помочь. До Симферополя - в автобусе с "титушками", дальше на обычной маршрутке до Евпатории, санаторий "С............, адрес: ул. , от автовокзала Евпатории маршрутки номер....., ", там бронь для вас. Спросите майора Сергея. Вон там автобусы стоят! - указал он в сторону автобусов, стоящих за ближайшим зданием. - В первых трёх автобусах - руководители группы, крымский (Симферопольский) и севастопольский "Беркут", а в четвёртом, с четвертого по восьмой - "титушки". Они из разных городов, не все друг друга знают, так что сядете среди них. Вот денежное довольствие на дорогу - местные деньги - гривни, - подполковник протянул деньги. - И ещё, с местными не общаться! Без необходимости в разговоры не вступать, - опять напомнил он. - Все понятно?
    - Так точно.
    - Товарищ подполковник, разрешите обратиться.
    - Обращайтесь.
    - Кто такие "титушки"?
    Офицер удивлено посмотрел на Дениса: ну, да.... ведь только что прибыли в Украину, откуда же им знать?

    - "Титушками" здесь провокаторов называют, наемников для силовых акций, - пояснил он. - По фамилии одного их организатора Вадика Титушко. За деньги потасовки устраивают. Могут женщин безоружных избить - обычные подонки, - заключил подполковник. - Но мы их используем, - он помолчал, - в своих целях.
    - А как нам их различать? - уточнил Денис.
    - Кого - их?
    - Ну, тех "титушек", что за Майдан, и тех, кто против? Наших, антимайдановских "титушек", как отличить?
    - Нет! - засмеялся майор. - "Титушки" - всегда наши. Европатриоты - они все идейные, бл..ди, за идею стоят! В Европу сбежать захотели! Всей страной, бл..ди! Да кто ж их отпустит?!! Под кремлем будут, как миленькие! А "титушки" - в спортивных костюмах обычно, но могут и в джинсах, и куртках быть, и в камуфляже, в масках.
    Денис посмотрел на свою одежду: джинсы и куртку, на спортивные костюмы Артема и остальных.
    - Так что с ними и поедете. Вот маски, - протянул подполковник.

    В автобусе стояла суета. Все старались быстрее занять места, силовик в милицейской форме покрикивал, торопил. Со всех сторон слышалась матерщина. Наконец, поехали.
    За окном - Киев. Денис был здесь впервые, смотрел с интересом, любовался: вот это город! Могучий, величавый. И такой чистый.
    Люди спешили по своим делам, мамы прогуливались с колясками, детвора шла из школы, и, если бы не расстрелы в центре, не ужас и кровь в последние два дня, могло бы показаться, что в стране вообще все спокойно и мир.
    - "В бою побывали", - повторил Денис фразу подполковника. - Они это здесь боем называют - стрелять в мирных протестующих.
    - Прям, мирных! - не согласился Артем. - Камни вон, «коктейли Молотова»!
    - Так, а что им, с голыми руками - под гранаты? Хоть и светошумовые, а если прямо под ноги жахнет?! И дубинки, опять же. Сами вон в бронниках, в шлемах, со щитами.
    - Ты чего?! Они же шестнадцать ментов попалили! Огнестрелы!
    - Неизвестно ещё, кто их попалил. И кто первым стрелять начал, - хмуро заметил Денис.
    - Ну, да, вообще-то...
    Шановний відвідувач, Ви зайшли на сайт як незареєстрований користувач. Ми рекомендуємо Вам зареєструватися або зайти на сайт під своїм іменем.
    Написать комментарий
    Ваше Имя:
    Ваш E-Mail:
    Напівжирний Нахилений текст Підкреслений текст Перекреслений текст | Вирівнювання по лівому краю По центру Вирівнювання по правому краю | Вставка смайликів Вставка лінкуВставка захищеного лінку Вибір кольору | Прихований текст Вставка цитати Перетворити вибраний текст з транслітерації в кирилицю Вставка спойлеру
    Введите код: